С кем Казахстан в открывшемся цивилизационном противостоянии Русского мира и Запада? И не пора ли ему всерьёз заняться у себя борьбой с этнонационализмом и русофобией.

Продемонстрированное Казахстаном и другими членами ОДКБ в ходе московского саммита хотя бы относительное единство очень скоро потребует от этих государств окончательно определиться, с кем они. Время многовекторности в условиях уже открыто ведущейся против России гибридной войны уходит безвозвратно, а начатая Россией борьба с возродившимся нацизмом неминуемо поставит вопрос о том, насколько допустимо для наших союзников культивирование русофобии как части национального самосознания.

Казалось бы, что общего может быть у столь не похожих друг на друга постсоветских стран, как Казахстан и Украина? Но законы этногенеза нации, описанные ещё Львом Гумилёвым, никто не отменял. Обе эти страны появились в результате распада СССР, и в качестве основы для становления национального самосознания будущей нации взяли тезис «Мы – не Россия». И Казахстан, и Украина сложились в своём нынешнем виде именно как части Российской Империи и СССР. Обе имеют в своём составе обширные исторически русские территории с построенными русскими городами и промышленностью, с русским титульным населением, подсознательно причисляющим себя к Русскому миру, к культурному пространству Русской цивилизации. И, соответственно, воспринимаемыми  местными силами как тяготеющие к России и потому враждебные.

Возникает вопрос: если мы — не часть Русского мира, то кто мы? И ответы нашли: Украину провозгласили «цеевропой», а Казахстан – частью формируемого Турцией «Великого Турана». Под это стали подгонять прошлое, сочиняя себе великую и, разумеется, никак не общую с Россией историю. И если Украина вещала про всё в мире придумавших, построивших и выкопавших «древних укров», то Казахстан ставил ненаучно-фантастические фильмы про победы древних казахов, к коим причислял всех кочевников. Разумеется, о том, что одни вошли в Россию, будучи взбунтовавшимися русскими хлопами польско-литовской Речи Посполитой, а другие – теснимыми джунгарами кочевыми племенами без намёка на государственность, предпочитали не вспоминать. Ну и, конечно, неотъемлемой частью прошлого подавался «колониальный гнёт» России, «голодоморы», уничтожение национальной культуры. С такими «героями», как Мазепа и Бандера у украинцев или вырезавшими русские сёла участниками восстания 1916 года и басмачами – у Казахстана. Именно эту фальшивую историю сделали официальной, именно на ней обучали в школах новые поколения. При этом собственно этногенез как украинской, так и казахской нации начался именно в составе Российской Империи, а затем — в СССР. Когда предки казахов, спасаясь от джунгарского геноцида, попросились в состав России, это был лишь союз кочевавших по степям от Каспия до Алтая 10 монголоидных и 14 тюркоидных племён, ни о каком своём общем «казашестве» не подозревавших: всего одно из них использовало этноним «казах». У них были сильные диалектные различия и разная генетика. Единым народом их сделала только (!) Советская власть. Она же создала территорию нынешнего Казахстана, присоединив к ней ряд исконно русских казачьих земель. После распада СССР и обретения сложившимся казахским этническим ядром своей национальной государственности всё пошло в точности по тому же сценарию, что на Украине и в ряде других постсоветских республик. Казахские националисты действовали практически так же, как и украинские. Хотя они не устраивали факельных шествий и не прыгали, скандируя «москаляку на гиляку», но в масштабах государства проводился тихий антирусский этноцид, когда русских выдавливали со всех должностей на госслужбе, дискриминировали русский язык и культуру, внушали руским, что в этой стране они – лишние. Ожидаемым итогом стало то, что если на момент отделения Казахстана русских (русскоязычных) там было даже больше, чем казахов – 46% против 44% соответственно, то теперь соотношение поменялось радикально: 18% и более 70%.Так что, если не остановить эту тенденцию, у Казахстана всё может сложиться, как на Украине. 

СМИ не раз писали о возмутительных случаях проявления русофобии в Казахстане не только на государственном, но и на бытовом уровне. Более того, за открытую демонстрацию прорусских и пророссийских взглядов там сажают в тюрьму, пример чему – узник совести блогер Ермек Тайчибеков. И в этом тоже очевидное сходство с бандеровской Украиной. Кстати, ни Крым частью России, ни независимость ДНР и ЛНР Казахстан не признал, а воевавшие за Донбасс с укронацистами добровольцы там тоже сидят в тюрьмах. Однако никаких активных действий МИД России по этому поводу до сих пор не предпринял – очевидно, опасаясь потерять своего и так не слишком надёжного «многовекторного» союзника. Вот только во что вылилась такая же тактика, годами применявшаяся к домайданной Украине, хорошо известно.

Очередным доказательством разгорающегося в Казахстане костра русофобии стал попавший в распоряжении редакции kz24.news ролик. Снят он 9 Мая — в день, когда вопрос самоидентификации становится особенно актуальным. На видео молодчик на скутере в форме компании по доставке еды и с соответствующим рюкзачком перегораживает дорогу легковому автомобилю со Знаменем Победы. Еще пара таких же лиц, гордо называющих себя гражданами Казахстана, срывает флаг и пытается его унести. Увидев представившихся репортеров, нападающи кричат о какой-то декоммунизации и убитых русскими дедах. На замечание репортера, что так поступают только фашисты, организатор беспорядка называет фашистами СССР. Бросается в глаза, что участникам беспорядка не более 23 лет, то есть это та же публика, что и на Украине, — те же самые «онижедети», которые чуть позже перешли от слов и оскорблений к коктейлям Молотова. При просмотре сложно отделаться от мысли, что все это мы уже видели, и ничего нового нет. Но осознать, что это Казахстан, который еще в январе просил помощи у стран-членов ОДКБ для наведения порядка в разграбленной столице, сложно.  

Вспомним и о других фактах, уже зафиксированных в Алматы: притеснение русского языка стало открытым, языковые патрули и существуют, и со стороны правоохранительных никакого отпора не встречают; шествие Бессмертного полка было демонстративно переименовано в «Батырларга тагзым» («Поклонимся героям»); георгиевские ленточки были официально названы провоцирующими и заменены новым символом — голубой лентой с орнаментом, отсылкой к национальному флагу.

Нисколько не умаляя ценность национальной самоидентификации инациональной гордости, сложно избавиться от мысли, что набор тот же — День Скорби, Закон о языке и Алый мак в качестве суррогата великого символа. Но если в случае с Украиной иллюзий уже не было, то Казахстан — член ОДКБ и партнер по всем направлениям.

И когда в Казахстане (явно не без помощи извне) в январе этого года вспыхнул мятеж, остановить его удалось только после вмешательства ОДКБ, других помощников не нашлось. И это – хороший повод задуматься президенту Токаеву о том, с кем стоит дружить, а кто тобой только пользуется. Выберет ли Казахстан путь равноправного союза с Россией и евразийской интеграции, либо согласится с малопочтенной ролью орудия в чужих руках (Запада или «великотуранцев» – не важно) – зависит, конечно, от него. Но выбор делать придётся, как и всем странам постсоветского пространства.